RU
ENG
08 октября 2020 года
Алла Арабаджи. Семейная история бренда Arabadji

Интервью с Аллой Арабаджи, совладельцем бренда Arabadji. Рубрика «Лица Гагаузии» при поддержке Ganea Group

#ИНТЕРВЬЮ

Алла, здравствуйте. Помогите внести ясность. Знаю, что в Кишиневе недавно стал продаваться бренд женской одежды Arabádji. Одновременно, когда мне порекомендовали вас для интервью, мне сказали, что вы связаны с целой сетью фабрик пошива одежды на юге Молдовы, которые работают уже достаточно давно. Получается, что раньше бренд Arabadji продавался только на экспорт, а теперь вы решили освоить и молдавский рынок?

Это долгая семейная история…

Тем интереснее будет ее услышать…

Получилось так. В начале 2000-х годов моя свекровь, ну тогда, конечно, еще будущая свекровь, работала в Комрате на большой швейной фабрике, которая принадлежала бельгийцам. Сначала бухгалтером, потом – генеральным менеджером. В какой-то период бельгийцы приняли решение перенести производство из Молдовы и выставили фабрику на продажу. Тогда моя свекровь и стала уже не только управляющим, но и владельцем фабрики, но бренд Arabadji был тогда еще в далеком проекте. Фабрика тогда, да и сейчас называется Ridiager-SV.

Но мне говорили о сети фабрик?

Да. Сейчас их пять. Причина простая. Сейчас не так просто найти рабочую силу, а работникам, особенно из сельской местности, совсем не так удобно ездить на работу в Комрат. Поэтому, шаг за шагом, мы открыли производство и в других городах на юге. В настоящее время у нас работает больше 180 человек, а самое крупное производство так и осталось в Комрате.

Раз история семейная, то сколько лет вы в этой истории?

Мы с моим будущим мужем познакомились еще в школе, мне было 14, ему 15 лет. Но, конечно, поженились мы не сразу, да и на фабрику я попала сама, после института. Я очень хотела поступить в Политех, на дизайнера, я всю жизнь на уроках математики рисовала на полях платья и это действительно была моя мечта, заниматься одеждой. Но мама убедила меня закончить экономическую академию, с простым мотивом: кому сейчас нужны дизайнеры, а экономист всегда работу найдет.

И в итоге…

И в итоге я заканчивала академию с красным дипломом, и нужно было где-то утроиться на практику и писать диплом, темой которого была «Мотивация персонала на производственном предприятии».  Я и устроилась на «Ridiager» в Комрате.

Судя по всему, временное решение оказалось судьбоносным?

Честно говоря, меня затянуло с головой. Все было для меня новое, было интересно досконально разобраться в производстве. Я уже и магистратуру закончила, продолжая работать на Ridiager. Огромную поддержку мне оказывала свекровь и на тот момент будущий муж. Из экономики в производство – шаг не из самых легких. В общем, если потренироваться в арифметике, то на фабрике я семь лет, вышла замуж за Андрея Арабаджи пять лет назад, а бренду Arabadji – три года.

Главная цель Le Souffle d’Adorre - полностью заменить потребление сахара здоровой альтернативой - медом. Помимо общеизвестного вредного воздействия сахара на организм человека, одной из самых серьезных проблем в последние годы является детское ожирение. Натуральная альтернатива заменит не только сладкий вкус сахара, но и насытит организм полезными свойствами лекарственных горных растений, из которых наши пчёлы делают мёд.

 Мы стремимся к высокому уровню, и верим, что можем внести свой вклад в здоровье подрастающего поколения!

То есть все эти годы фабрики работали только на экспорт?

И продолжают на него работать. В начале своей истории фабрика производила только брюки. НО сейчас ассортимент производства очень широкий. Платья, блузы, юбки, трикотажные изделия.

А основные покупатели?

Италия, Скандинавия. Max Mara, Luisa Spagnoli, Marimekko.

Как, кстати, пандемия повлияла на загрузку фабрик?

На заказах по летней коллекции практически никак не отразилось. Но сейчас, конечно, спад чувствуется. Он уже на уровне 30-35% и, к сожалению, прогнозы для fashion индустрии на ближайший год не очень радужные.

Как вы реагируете?

Как и многие другие бизнесы в этой отрасли. Ищем новых клиентов, а так же медицинские заказы. Сейчас спрос в этом направлении растет.

Вернемся к бренду Arabadji. Три года? А что повлияло на решение создавать собственный бренд. И на кого он ориентирован?

Это женская одежда, можно сказать, молодежная. На возрастной диапазон 20-45 лет. Ассортимент очень широкий, практически все, что необходимо женщине. Идея поработать со своим брендом возникла уже давно. Когда заказчик приходит к тебе с какой-то конкретной моделью, ты почти всегда видишь, как ее можно изменить и улучшить. Но – для такого творчества нужен собственный бренд.

Ну, в принципе опыт у вас уже был немалый…

Не только предшествующий опыт. Последние годы легкая промышленность Молдовы получила очень мощную грантовую поддержку со стороны проектов USAID. И не только финансы, но и обучение организации бизнеса, созданию коллекций. Нас, например, обучал итальянский дизайнер, досконально рассказывая как работать с капсульными коллекциями. Так что, можно сказать, сама атмосфера способствовала созданию собственного бренда.

Строить бренд вы пригласили какого-то дизайнера одежды?

Несмотря на то, что образование у меня экономическое, а производство одежды под собственным брендом это не только творчество, но еще и бизнес, идейным вдохновителем всех коллекций и моделей являюсь я, ну и вместе со мной команда конструкторов, которые реализуют любые, даже самые сложные модели.

Три года и много и мало. Что вы успели за это время?

Сделали семь коллекций. Были с показами в Лондоне и Казахстане. В Румынии, на ярмарке, Arabadji так «зашел», что мы вернулись домой с пустой машиной и заказами «вдогонку». Открыли магазин в Кишиневе. Точнее вошли в очень интересное и плодотворное сотрудничество целого ряда женских брендов, и представлены в большом магазине на Еминеску.

Напротив ресторана Sisters?

Да. Причем, совпадение, хозяйки всех брендов – близнецы по знаку Зодиака. Так что притереться друг к другу вначале было не так просто, зато сейчас мне очень нравится, как мы работаем в одном пространстве. Если бы не пандемия, мы планировали открыть такой же магазин, на нас всех, в Бухаресте. Но пока планы пришлось приостановить…

Вам пришлось закрываться?

Да, мы не работали полтора месяца. Хорошо, что арендодатели пошли нам на встречу. Сейчас работа уже восстановилась, хотя, конечно, замедление рынка продаж fashion ощущается и в Молдове.

COVID-19 явно останется как негативный фактор еще полгода, а то и больше. Как вы строите стратегию в этот кризисный период для бренда Arabadji?

Будем делать то, на что пандемия повлиять не может, а, скорее – только подталкивает к развитию. Это смещение акцентов работы на онлайн. И тут уже все. Есть совместные планы с нашими партнерами по магазину, раз Бухарест пока отложен, то мы стали разрабатывать общий для всех онлайн магазин. Это и работа с нашим собственным сайтом и с социальными сетями. И, даже, пора задумываться о развитии личного бренда. Раньше в этом не было необходимости, но условия ведения бизнеса меняются, и нам надо меняться вслед за этими изменениями. А лучше, даже немного их опережать. Ведь модная индустрия – она всегда в авангарде.

Павел Зинган

Последние интервью в рубрике
Лица Гагаузии
03 декабря 2020 года
"Стратегическая цель на ближайшие годы – сформировать собственное поголовье..."
Лица Гагаузии
18 ноября 2020 года
"...Турция помогает строить современный индустриальный колледж в регионе. Причем речь идет не только о «стенах», но и преподавателях..."
Лица Гагаузии
07 ноября 2020 года
"...Медитация. Это то, без чего я не могу обходиться. Любимое занятие, попытка уединиться, собрать силы и обратить внимание на нечто большее, что можно и нужно искать, прежде всего, в себе самом..."