RU
25 ноября 2021 года
Драгомир Тымбур об инновационных технологиях лечения рака молочной железы

Интервью с Драгомиром Тымбур, хирургом – маммологом в Международной больнице Medpark. Рубрика «Медицина будущего здесь!»

#ИНТЕРВЬЮ

Драгомир, здравствуйте. Вы – маммолог, хирург с ярко выраженной специализацией. Всегда интересно узнать, как и когда врач выбирает свою специализацию. Вряд ли вы поступили в медицинский институт, зная, что вы станете хирургом-маммологом?

Даже оканчивая институт в 2011 году, я еще не предполагал свою будущую специализацию. Резидентуру я проходил по общей хирургии под руководством профессора Георгия Петровича Гидирима. И выбор будущей специализации произошел уже здесь, в Medpark-е. Я пришел сюда на работу в 2019 году именно с условием, что у меня будет возможность выбора специализации как хирурга-маммолога.

Для специализации было необходимо дополнительное обучение?

В этом одно из преимуществ Medpark-а – возможность предоставить своим специалистам обучение за рубежом. Летом 2019 года я уехал учиться хирургии молочной железы в Стамбуле, а с декабря того же года начал прием пациентов в Кишиневе.

Насколько рак женской груди соотносится с частотой других заболеваний раком у женщин?

К сожалению, именно рак груди стоит на первом месте по распространенности онкологических заболеваний. В 2019 году он был выявлен в Молдове у 998 женщин. Но напрасно вы считаете, что рак груди – это только женское заболевание.

В смысле?

Мужчины тоже подвержены раку молочной железы. Да, в гораздо меньшей степени, если я не ошибаюсь, то по статистике того же 2019 года на тысячу женских случаев в Молдове пришлось всего 18 случаев рака груди у мужчин, но полностью исключать такую вероятность, все-таки, нельзя.

А вам приходилось сталкиваться с такими случаями?

За всю мою практику у меня было 4-5 таких случая…

Как я понимаю, доброкачественные опухоли груди встречаются, все же, гораздо чаще, чем злокачественные. Насколько высок риск перерастания доброкачественной опухоли в злокачественную?

Он, конечно, существует. Есть виды опухолей, которые могут трансформироваться по ходу своего развития. Но в целом, особенно если говорить о таких распространенных доброкачественных опухолях, как, например, фиброаденома молочной железы, то наличие такой опухоли не несет сверх риска для образования рака. Совсем недавно мы с радиологом Medpark-а обсуждали случай многолетнего наблюдения за одной из пациенток. Фиброаденома у нее выявилась на обследовании еще в 2015 году. А когда сейчас она обратилась к нам и был, все же, диагностирован рак молочной железы, то он возник параллельно с фиброаденомой, глубже, в другом месте.

То есть мнительным женщинам не нужно пугаться, обнаружив у себя доброкачественную опухоль молочной железы?

Наблюдать ее обязательно, но пугаться и беспокоиться о риске онкологии в большинстве случаев не стоит…

Если вернуться к вашему новому слогану: «Медицина будущего уже здесь», что нового появилось и появляется в Medpark-е в вашей сфере?

Мне самому лично близка парадигма известного итальянского онколога Умберто Веронези. Он первый сказал, что каждой женщине с раком груди нужно делать не максимальное вмешательство, которое она может выдержать, а минимальное которое ее вылечит.

То есть тенденция идет к сокращению площади хирургического вмешательства?

Именно. Раньше, да и сейчас во многих клиниках, тактика и метод лечения онкологии груди, я имею в виду уже хирургическое вмешательство, предусматривал удаление лимфатических узлов в подмышечной впадине. А это, в свою очередь, приводило к тому, что многие женщины, фактически, становились инвалидами, и их качество жизни ухудшалось уже навсегда. Это были постоянные боли в области подмышки, затрудненные движения рукой…

Но есть и другой путь?

Да. Мы практикуем в большей степени небольшие операции с биопсией сторожевого лимфатического узла и сохранением лимфатических узлов в подмышечной впадине.

Это не несет дополнительных рисков?

Устройство лимфатической системы в груди таково, что если онкологические проблемы не распространились дальше сторожевого узла, то дальнейшая лимфатическая система остается «чистой» и можно с высокой долей вероятности не ожидать рецидива. При этом женщина сохраняет полноценное качество жизни. Это принципиально важно. Мы и саму грудь стремимся максимально сохранить. Во время операции, я имею в виду удаление злокачественной опухоли, специалист осматривает края резекции. И если они чистые, то мы ремоделируем грудь. Женщина приходит в себя после операции со своей грудью..

Даже не хочу представлять себе эмоции в такой момент…

Чувствую, что должен рассказать подробнее. Придется с медицинской терминологией, но это важно. Одной из особенностей, которая позволяет нам в Medpark выполнять минимальные операции, связанные как с сохранением груди, так и с целью предотвращения подмышечной лимфодиссекции, является возможность проведения интраоперационной биопсии и экстемпорального гистологического исследования. Из всех частных клиник Молдовы эта процедура используется только в Medpark. Короче говоря, этим методом мы убедимся, что и опухоль груди полностью удалена, и то, что сторожевой лимфатический узел чист. Происходит это примерно так: когда я удалил опухоль из груди, она передается в комнату в операционной, где находится патологоанатом. В его распоряжении есть устройство, называемое криотомом, и микроскоп, с помощью которых он может исследовать иссеченные поверхности и сказать нам, полностью ли мы удалили опухоль или что-то осталось. Ответ через 20 минут. При необходимости одновременно производится дополнительное иссечение. То же самое и со сторожевым лимфатическим узлом, если он чистый, мы останавливаемся, если есть метастазы, мы делаем лимфодиссекцию.

Что я точно понял, что вы всегда стремитесь минимизировать объем хирургического вмешательства…

Да, причем практике минимального хирургического вмешательства очень помогает диагностика с помощью магнитного резонанса. По сути, еще до операции, мы на 3D модели видим очертания опухоли, как она соотноситься с мышцами и сосудами и можем принять решение об оптимальной тактике операции. Все наши действия на этапе планирования операции направлены на максимальное сохранение хорошего качества жизни пациента в послеоперационном периоде. Если сохранить женскую грудь невозможно, у нас есть возможность немедленной реконструкции с помощью имплантата во время той же операции. Социальная реинтеграция женщины, которой предложили реконструкцию груди, всегда будет проходить быстрее, а психоэмоциональное состояние всегда будет лучше.

Но без операции, как правило, не обойтись?

Иногда возникают ситуации, когда операция - не лучший вариант. Не все виды рака груди одинаковы. Чтобы узнать, какая форма у того или иного пациента, в Medpark в 100% случаев проводят биопсию толстой иглой с иммуногистохимическим анализом до начала лечения. Этот анализ отвечает на вопрос, с каким видом рака сталкивается конкретный пациент. При некоторых типах злокачественных новообразований лучшим начальным вариантом будет химиотерапия с таргетной терапией или без нее. Все схемы терапии Medpark выбираются в соответствии с международными рекомендациями по медицинской онкологии, в частности, NCCN и ESMO. Затем пациент обязательно контролируется не менее 5 лет. Все описанные выше комплексные мероприятия, техническое оснащение больницы и работа команды позволяют сказать, что результаты лечения рака груди в Medpark очень хорошие и близки к результатам западных клиник.

Не тяжело одному принимать решения? Все-таки вы единственный врач с такой специализацией…

Как раз об этом я тоже хотел сказать. Специфика работы в Medpark-е – то, что мы работаем в команде. Каждую пятницу у нас собирается небольшая медицинская комиссия – я, онколог, который занимается химиотерапией, специалист по магнитному резонансу, патологоанатом, иногда пластический хирург и я. Получается мультидисциплинарная комиссия, что позволяет существенно снизить саму вероятность погрешности в определении тактики лечения. Плюс – мнение пациента…

Вы учитываете мнение пациента? Он же не обладает необходимыми знаниями?

Тем не менее, предпочтения пациента необходимо учитывать. Мы обязаны узнать, к чему пациент склонен, к максимальной перестраховке или же пациентка хочет максимально сохранить грудь. Идет ли речь потом об имплантах или задача –сохранить собственную грудь. Сотрудничество и обсуждение с клиентом – обязательная часть нашей работы. Решения принимаются всегда совместно.

Представляя вашу работу, мне всегда интересно, как хирурги поддерживают физическую форму? Ведь от точности ваших действий зависит успех операции. Как это делаете вы?

Во-первых, принципиально следить за тем, чтобы организм восстанавливался. Я говорю о сне. Не всегда удается поспать семь часов, но к этому обязательно нужно стремиться. Для себя я еще выбрал постоянные физические нагрузки и интервальную диету.

Это как?

Это сокращение «окошка» приема пищи. Я не ограничиваю себе в объемах порций, но в течение недели ем только с 15 часов до 19 часов.

Второй раз за последнее время слышу о сокращении «окна» приема пищи. Впору уже самому попробовать. И – последний вопрос. Снова о работе. Какие инновационные методы лечения молочной железы появятся в Medpark-е в следующем году?

Я с нетерпением жду новый аппарат, который позволяет удалять, например, фиброаденому практически без травмирования внешних тканей.

Как?

Через небольшой, буквально 5 миллиметров, разрез в коже в место операции вводится специальная игла, она же мини-хирургический нож. Игла делает микроразрезы в опухоли, а прооперированная ткань удаляется наружу с помощью вакуума. В Молдове пока таких аппаратов нет, даже в Украине их только три. Так что я – в предвкушении.

Павел Зинган

Медицина будущего здесь!
Медицина будущего здесь!
27 октября 2021 года
"Medpark создал первую в стране цифровую платформу, которая включает в себя всю информацию и историю болезни пациента, мгновенно и круглосуточно, доступную как пациенту, так и врачу из любого уголка мира".