RU
27 мая 2021 года
Александрин Бурага и Марко Баллерини. Мы должны строить Кишинев для тех, кто родится в 2050 году

Интервью с Александрином Бурага, основателем и президентом AB+Partners и Марко Баллерини, CEO AB+Partners о тренде Adaptive reuse, как необходимом факторе развития Кишинева.

#ИНТЕРВЬЮ

Александрин, Марко, здравствуйте. Когда мы договаривались о встрече, то тема была обозначена как «adaptive reuse» и архитектура Кишинева. Об архитектуре Кишинева свое мнение есть, наверное, у каждого взрослого жителя города, но «adaptive reuse» точно требует расшифровки, как понятие.

Александрин. Это тренд в архитектуре, который даже нельзя уже назвать современным, так как тренду уже немало лет. Но актуальность его только возрастает. В самом утилитарном своем представлении «adaptive reuse» - это адаптация зданий для новых целей, с сохранением их исторических особенностей.

Это когда сохраняется старый фасад, а за ним возводится современное здание?

Марко. Да, но это очень упрощенный взгляд на «adaptive reuse». Множество архитекторов высказалось на эту тему. Если суммировать их мнения, то можно сказать, что «adaptive reuse» - это новый вид последовательного, бережного и экологичного возрождения города. Оно охватывает весь срок службы здания, позволяет избежать затрат и потерь и уйти от полного разрушения старых зданий, способствовать их повторному использованию в новых функциях, которые отвечают требованиям времени. Вплоть до того, что в концепцию заложены и аспекты социальной и экономической прибыли для общества.

Александрин. Причем «adaptive reuse» имеет смысл рассматривать и в сочетании с mixed-use. Именно на такой девелопмент последние десятилетия делают ставку в большинстве современных городов, от Токио до Лондона и Нью-Йорка. Объекты, в которых есть одновременно жилье, офисы, ритейл, картинные галереи и медицинские центры. Когда в одном комплексе сочетается три или более сегмента назначения зданий.

Стойте. Опустите меня на кишиневскую землю. Назовите примеры этих тенденций в Кишиневе. Они вообще у нас есть?

Александрин. Да. Кишинев, пусть и очень медленно, но тоже начинает меняться в русле мировых тенденций. Как пример в центре города, который замечают все – это комплекс зданий на углу улиц Еминеску и Щусева.

Новая Oliva?

Александрин. Именно. Ресторан разместился в бережно восстановленном и частично реконструированном старом здании, которое кардинально поменяло свое назначение, а вот офисы во дворе – это уже современные постройки. И их объединяет гармоничный внутренний дворик.

Марко. Другой пример, уже масштабнее, это наш проект в Кишиневе. В здании советской административной постройки, где были уже заброшенные ателье и коммерческие площади мы спроектировали современный многофункциональный медицинский центр. Причем речь не только о том, что там есть и диагностика и стоматология и хирургия. Следуя концепции mixed-use, мы запроектировали в этом же объеме и небольшую гостиницу, и офисы, и бассейн и спа для отдыха и релаксации.

Александрин. Еще один пример – TORO Center, который строит Lagmar по нашему проекту в центре города, по улице Халиппа. Мы внедрили в городское ядро не только жилой комплекс. Предусмотрены и офисы, и коммерческие площади и зоны для восстановления и терраса для прогулок и отдыха на свежем воздухе. Но, что еще важно отметить, мы проектировали комплекс так, чтобы через двадцать-тридцать лет его части могли бы быть использованы уже по другому назначению.

Если я правильно понимаю, то современная городская архитектура должна жить не только сегодняшним днем?

Александрин. Абсолютно верно. Город не может разрушаться и перестраиваться каждое десятилетие, а время и потребности горожан стремительно меняются. Мы не можем знать, что конкретно будет востребовано в городе будущего, но мы можем создать такое пространство, которое можно будет изменить и приспособить к новым задачам и через двадцать и через сорок лет. По сути, мы сейчас строим Кишинев, в котором будут жить не только наши дети, но и дети наших детей, которые родятся во второй половине века. С точки зрения архитектуры это уже совсем скоро. Хороший архитектор должен заложить возможность трансформаций своего проекта.

А как в этом отношении развиваются европейские города? Вы же, бесспорно, следите за их опытом?

Александрин. В Бухаресте есть известный объект - Combinatul Fondului Plastic. Это объект в индустриальной зоне, который, в какой-то момент был занят артистами – художниками, скульпторами, представителями современного искусства. В итоге, уже с привлечением больших инвестиций, в этой зоне был создан привлекательный креативный хаб, который интересен не только для жителей Бухареста, но и для туристов. При этом он еще и внес новую струю в культурную жизнь города.

Мне сразу приходят на память ивенты в Кишиневе на территории бывшего тракторного завода. Концерт Вивальди или показ мод в недостроенном модуле старого цеха, рядом с Digital Park-ом…

Александрин. Мы недооцениваем потенциал Кишинева к трансформациям. Например, у AB+Partners был проект в Штутгарте, в Германии. Заброшенную обувную фабрику на окраине города мы трансформировали в современные лофты – апартаменты для жилья, сохранив многие элементы старой фабрики, вплоть до стен и крыши. В итоге обветшавшее индустриальное здание стало объектом дорогой современной жилой недвижимости.

Марко. Я хочу, как пример, добавить экстраординарные изменения в Милане, где проблемная зона города была превращена в современный бизнес центр.

А вы представляете, что может быть построено в Кишиневе, если однажды будут найдены решения для переноса центрального рынка? Это же огромное «пятно» для новой застройки. Там и действующая фабрика рядом, она ведь тоже может быть перенесена за черту центра…

Александрин. В этом отношении, я не имею в виду именно Центральный рынок, я говорю в целом о городе, AB+Partners уже выступало инициатором проведения общественных дебатов о будущем города. Мы должны думать не о завтрашнем дне города, а о будущих десятилетиях. На мой взгляд, Кишинев нуждается в первом крупном инвестиционном проекте, в первом прецеденте, когда мы все сможем увидеть, как может быть преобразован наш город.

Что ты имеешь в виду? Что-то вроде еще одного комплекса зданий как Shopping Malldova и Marriot? Судя по любви городских фотографов к этой локации, она очень полюбилась в Кишиневе…

Александрин. Нет, я говорю о более масштабных проектах, с инвестициями порядка 100 миллионов евро и выше. Кишинев – европейская столица, а земля, как говорил Марк Твен – больше не производится. Интерес к новому строительству есть всегда. Но нам нужно создать атмосферу защищенности иностранных инвесторов, чтобы у них появился интерес к ведению бизнеса в Молдове. Я имею в виду именно девелоперов, чтобы в Кишиневе могли произойти масштабные изменения в архитектуре и экосистеме города. Не разрушать нашу реальность, а трансформировать ее и адаптировать к будущим потребностям города и его жителей.

Павел Зинган

Архитектура и дизайн
Архитектура и дизайн
28 июня 2022 года
"Что мне импонирует в работе с румынскими заказчиками, что когда понимание найдено, то клиент полностью готов довериться нашим решениям. Это и удовольствие в работе и ответственность за нашу репутацию."
Архитектура и дизайн
24 июня 2022 года
"Я всегда стараюсь рассказать клиенту о современных тенденциях и хоть немного, хоть в деталях подтолкнуть его к тому стилю, который близок мне и который я хочу развивать в своих работах."
Архитектура и дизайн
13 июня 2022 года
"Это был нереальный вызов. За срок меньше, чем два месяца все вычертить, согласовать с заказчиком, а потом реализовать!"