Алла и Руслан Стрелец. От росписей в словацком замке до эргономики аптек в Кишиневе

08 марта 2026 года

Интервью с художниками, дизайнерами, владельцами Art Studio Strelet.

#ИНТРО

В среде кишиневских архитекторов и дизайнеров хватает ярких индивидуальностей. Со многими я знаком лично, но к Алле и Руслану Стрелец у меня особое отношение.

Они - профессиональные художники. Это не просто строчка в дипломе, они продолжают писать картины и сегодня. И это, на каком-то глубинном уровне, проявляется и в их дизайнерских проектах. Потому что люди, которые привыкли сами готовить краски, смешивать их на палитре и чувствовать сопротивление холста, работают с интерьером на другом уровне.

Для них дизайн — это не подбор артикулов в каталоге, а работа с фактурой. Художник чувствует поверхность кончиками пальцев. В интерьере это перерастает в особое тактильное чутье. Художники понимают «вес» камня, мягкость дерева и глубину света так же остро, как плотность масляного мазка. Это дизайн на уровне осязания.

И напоследок — штрих к атмосфере. Если вы когда-нибудь придете к ним в студию в самом центре города, за театром Чехова, присядете на диван и поднимете взгляд к высокому потолку, знайте: эта студия — гонорар за реставрацию исторического замка в Словакии. Уровень задач, который говорит сам за себя.

Настроились? Тогда читайте интервью.

#ИНТЕРВЬЮ

Алла, Руслан, если бы вам нужно было идентифицировать себя не как художников, а как профессионалов в дизайне, какие бы кейсы из своих проектов вы бы выбрали?

Как один из самых запомнившихся нам проектов - это, конечно, Словакия, замок в городе Зволен. Это маленький городок на слиянии рек Грона и Слатины, он один из древнейших в Словакии. Его крепость датируется 4 веком нашей эры.

В Зволене мы смогли проявить себя и как художники и как дизайнеры, там был очень большой объем работ. От росписи фресок, 350 квадратов, до работ по реставрации и декорированию. Работать было не просто, когда реставрация объекта под патронатом ЮНЕСКО и под контролем Евросоюза, то бюрократии и согласований хватает.

Мы координировали работу четырех мебельных фабрик, которые по нашим эскизам резали панели, паркет, балюстрады, резьбу по дереву. В итоге мы не просто «сдали объект», мы вникли в их культуру и доказали, что специалисты из Молдовы способна на такие масштабы.

Я помню, какое впечатление на меня произвели фотографии «до» и «после», которые вы мне показывали по замку. Двигаемся дальше по кейсам?

Двигаемся. Дальше пусть это будет Одесса, проект Nota Bene. Это был молодежный центр, который в 2010 году взял премию как лучшее административное здание года. Заказчик хотел место, которое привлечет студентов четырех близ расположенных институтов. Мы там жили этим проектом: и росписи делали, и в разработке меню участвовали, и даже форму официантам продумывали. Там были сумасшедшие детали: огромная таблица Менделеева на стене, коллажи с Майклом Джексоном.

Но это еще не вся история. Прошло время, здание переделали под продуктовый магазин, но, представляете, с условием, что всю наши декорации оставят нетронутыми. И проект получает вторую премию, уже как лучший продовольственный магазин.

Чисто одесская история! Будем еще путешествовать по миру, или переместимся в Кишинев?

Наше портфолио будет неполным без одного по-своему даже нахального проекта. Это был дом под Бухарестом, в коммуне Моара-Влэсэй. Место с очень сложной геологией, высокие грунтовые воды. Местные строители боялись там что-то серьезное ставить. Но мы привлекли талантливых архитекторов, спроектировали фундамент на сваях, румынские специалисты, которые авторизовали проект, просто за голову брались, как все оказалось гениально и просто. Нам всегда везло на архитекторов, с которыми мы сотрудничали. А сейчас нам стало еще проще. Сын заканчивает обучение на архитектора-инженера в Голландии, он уже даже преподает там. Так что нам теперь всегда будет к кому обратиться при сложных проектах.

Давайте в завершении кишинёвский кейс, чтобы точно можно было увидеть каждому потенциальному заказчику...

Felicia. Сеть аптек Felicia. От центрального офиса до работы с самими аптеками. Помните Felicia на Штефана и Василе Александри?

Одну из первых их аптек?

Да. Тогда это была совсем нетривиальная задача. Не только дизайн и атмосфера, но планирование каждого квадратного сантиметра, нужно было совместить сложную логистику работы аптеки и небольшое помещение в историческом здании.

Интервью будет неполным, если мы не поговорим о вас, как о художниках. Если бы я был вашим заказчиком, для меня это было бы важно…

Алла Стрелец. Мы учились в Институте искусств в маленькой группе из пяти человек, и двое из этой пятерки — мы. Познакомились на первом курсе, на третьем поженились. Это был чистый путь художников: мы семь лет после института занимались только живописью. В дизайн пришли через друзей — сначала попросили что-то задекорировать, потом пришел черед своего жилья. Знаете, когда я ждала ребенка, наступил период, который я называю «беременность как точка перехода». Ты не можешь работать маслом, дышать красками, и ты переключаешься. Сначала на графику, на те самые «конфетные» абстракции, а потом — в объемы интерьера. Но эта база осталась навсегда: Руслан — посттрадиционалист, у меня больше экспрессии, и мы до сих пор пишем картины специально под наши проекты.

Сейчас рынок перенасыщен технической 3D-визуализацией. В чем преимущество дизайнера старой, художественной закалки?

Да, сейчас можно встретиться с ситуацией, когда одну и ту же кровать можно увидеть в десятках рендеров. Это клише. Нам же интересно там, где есть провокация, проба себя, а не монотонная «трясина». Настоящий интерьер создается на уровне ощущений, когда ты чувствуешь фактуру и свет так же, как краску на палитре. Мы даже в офис Felicia привозили не просто декор, а авторские находки в дереве и стекле. Важно не оставить человека просто в «квадратных метрах», а задекорировать всё до мелочей, чтобы не дать ему возможности случайно испортить созданную эстетику. Искусство должно быть внутри интерьера, а не просто висеть на стене.

Вы же продолжаете писать картины?

Мы никогда не прекращали занятия живописью. Это и новые работы, это и копии старых мастеров. Тяга к красивым полотнам, наверное, зашита в ДНК человека. У нас была одна история, которую нельзя не вспомнить. Однажды один американец заказывал у нас копии. Он был не простой ценитель, он уже умирал от рака, это была тяжелая стадия. При этом ему хотелось оказаться в этот момент среди искусства. Он заказывал копии старых мастеров - наше образование позволяло это делать. Мы ходили в нашу Национальную библиотеку, нам под паспорт выдавали огромные, редкие альбомы по искусству. Мы приносили их ему, показывали, рассказывали. Мы вместе изучали мазок Ван Гога и свет у Мане. Знаете, в последнюю нашу встречу он сказал: «Спасибо вам за полученное образование». Он понимал, что через месяц его не станет, но он был открыт новому. Он познавал то, на что у него не хватало времени всю жизнь. Это высшая степень доверия, когда ты для клиента не просто исполнитель, а проводник в мир, который он не успел увидеть во всей красоте.

Хочется взять паузу в разговоре. Возвращаемся. Если говорить об идеальной задаче для вас сегодня - где художникам в дизайне дышится свободнее всего?

В общественных пространствах. Там всегда легче и свободнее, чем в частном жилье, где ты часто зажат в рамки чужих привычек и стереотипов. В ресторане или офисе искусство входит органичнее, там можно создавать масштабные арт-объекты. Мы не боимся никаких стилей, от классики до техно-модернизма. Наоборот, когда клиент готов «играть» по твоим правилам, когда он открыт, тогда работа превращается в творчество. Мы выбираем клиента так же, как он выбирает нас. И для нас нет «плохих» клиентов, есть те, с кем мы еще не нашли точки соприкосновения.

Алла Стрелец. Хотя, бывают и частные заказчики, с которыми складываются такие доверительные отношения, что работать с ними – одно удовольствие. Нам могут оставить ключи от квартиры и уехать на полгода, зная, что мы всё сделаем «под ключ». И это не только мебель. Бывает, клиентка въезжает в новый дом и понимает: она сама в него «не вписывается». Я помню, как мы вместе собирали ей гардероб на неделю. Я подбирала ей одежду, компаньоны, чтобы она в этом интерьере выглядела органично. Мы доводим декор до тапочек и зубных щеток. Мы «заселяем» человека в его новую жизнь.

Сейчас с вами начал работать ваш сын. Как вам работается с ним?

Мы уже говорили, что сын – архитектор. Для нас это принципиально важный момент. Когда он подключается к нашим проектам, он приносит системность, технологии и инженерный подход. Сейчас он учится и уже преподает в Голландии, но расстояние не мешает нам сотрудничать с ним.

Идеальный дуэт, точнее трио. Какие задачи вам интересны сегодня? Куда вы готовы вложить свою страсть?

Мы хотим делать объекты, которые меняют среду вокруг себя. Или меняют жизнь людей, которые в этой среде живут. Хотим оставаться на острие между искусством и жизнью. И хотим работать с клиентами, с которыми становимся единомышленниками.

Nota Bene Center Odesa, Ukraine
2010 - “Best Office building award”